пятница, 11 февраля 2011 г.

Кукла


Она сидела в кресле в углу комнаты, и взгляд её очаровательных пустых глаз сводил на нет все усилия Джина, собрать воедино остатки раздробленного на части страданием разума. Каждая мысль давалась неимоверным трудом, но, даже сосредоточившись, он мог думать только о ней.  
Она была куклой, бездушным и пугающе красивым существом, нелепой шуткой судьбы заброшенной в его комнату. С этого момента обычная жизнь Джина закончилась. Постепенно, восторг и преклонение перед талантом мастера, создавшего этот шедевр, сменились сначала привязанностью к самой кукле, а затем и странной манией, почти полностью поглотившей его. Запершись в своей маленькой тёмной комнате, Джин говорил с куклой. Он рассказал ей все сказки, что узнал за свою недолгую жизнь, а затем начал придумывать новые истории. Изливаясь потоком слов, Джин ощущал невообразимую смесь счастья и отчаянья: блаженствуя в океане чувств, охвативших его неопытную в любви душу, он всё сильнее и сильнее страдал от того, что наслаждается в одиночку. Но куклы, даже прекрасные, не способны любить.
Настал день, когда боль, сломив последние щиты, выставленные агонизирующим разумом Джина, бросила его ослабевшее тело на пол, прямо к прекрасным обнажённым кукольным ножкам. Когда Джин обнял тускнеющим взглядом их молочно белое сияние, в штормовое небо его слабеющего мозга  проскользнула одинокая синяя птица мысли: “Моя босоногая принцесса так прекрасна. Могу ли я?..” Идея, пришедшая ему в голову, была крайне глупа, но её всё же хватило на то, чтобы отсрочить погружение в мутные воды безумия. Джин решил, что создав иллюзию принадлежности куклы к человеческому виду, он подарит ей надежду на обретение чувств.
Впервые за долгое время он вышел из дому. Одежды подходящего размера в магазинах не было, и, закупив материалы, Джин начал шить сам. Сон ушёл из этого странного дома, который превратился в мастерскую, достойную Безумного Шляпника. Гардероб куклы разрастался, но её взгляд  всё с той же холодной пустотой взирал на влюблённого мастера. Отчаянье и страх неизбежного поражения толкнули Джина на ещё более решительный шаг. Он выплеснул свою боль на внутренние стены своего дома, превратив его в огромную строительную площадку. Безумец рисовал на полу и потолке план идеального дома для своей возлюбленной. Стараясь собрать воедино все достижения мировой культуры, он свободно совмещал простоту романского стиля с вычурностью рококо. Он проводил часы, вчитываясь в сайты, посвящённые строительству и ремонту. Наконец, дизайн дома был готов.
С упорством, отличающим влюблённых и фанатиков, Джин собственноручно изготовил каждую деталь “кукольного” дома. Но, чем ближе было окончание строительства, тем тяжелее было мастеру. Его разум тускнел, силы иссякали, и, часто он работал, погружённый в гипнотическое, сомнамбулическое  состояние. В моменты просветления Джин понимал, что строит совсем не так, как планировал до этого. Но, пытаясь всё исправить, вновь оказывался в этом полусне. Очнувшись в очередной раз Джин, понял, что его работа закончена. Рассеяно покрутив в руках какой-то инструмент, он отбросил его в сторону и подошёл к кукле. Не глядя, схватил её и прижал к себе. Пошатываясь, Джин неловко подошёл к построенному им дому. Его движения были резкими и неловкими, как будто он сам был куклой, и его дёргало за нити судьбы безумное божество. Глаза мастера были широко открыты, и крошечные точки зрачков судорожно ощупывали пространство, словно пытаясь разглядеть этого невидимого кукловода. Еле слышно взвизгнули отброшенные наигравшейся Силой нити, и Джин обрушился на пол. Он лежал, крепко сжимая в руках куклу. Глаза закрылись.

6 комментариев: